Теория и практика археологических исследований http://journal.asu.ru/tpai <p><strong>ISSN 2307-2539 (Print), ISSN 2712-8202 (Online)</strong></p> <p>С 2013 года сборник кафедры археологии, этнографии и музеологии Алтайского государственного университета стал издаваться в формате журнала.</p> <p>Статьи публикуются на русском и на английском языках. Редколлегия принимает к печати рукописи в соответствии со следующей основной тематикой:</p> <ol class="teor"> <li class="show">Теоретические и методические проблемы археологии.</li> <li class="show">Результаты изучения материалов археологических исследований.</li> <li class="show">Использование естественно-научных методов в археологических исследованиях.</li> <li class="show">Зарубежная археология.</li> <li class="show">Социальные реконструкции в археологии.</li> <li class="show">История археологических открытий и исследований.</li> <li class="show">Новые археологические открытия в России.</li> <li class="show">Из музейных коллекций.</li> </ol> <p>Кроме этого, публикуются аналитические обзоры, рецензии, хроника, сообщения, информация библиографического характера, сведения о персоналиях и другие научные работы. Все рукописи, поступившие в редколлегию, проходят обязательно рецензирование. Публикуются цветные иллюстрации. Каждой статье присваивается индекс DOI. Журнал включен в <a style="display: contents;" href="http://elibrary.ru/title_about.asp?id=37735">РИНЦ </a>как периодическое издание (журнал).</p> Altai State University ru-RU Теория и практика археологических исследований 2307-2539 Орудия на отщепах и шлифованные изделия поселения Пестряково Озеро (юг Западной Сибири) http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10747 <p>Цель публикации — ввести в научный оборот коллекцию каменных орудий на отщепах и шлифованных изделий, обнаруженных на поселении Пестряково Озеро (Завьяловский район Алтайского края). Коллекция каменных артефактов, хранящаяся в Алтайском государственном университете, насчитывает 2881 экз. Орудия на отщепах составляют 418 артефактов. Это наиболее представительная категория (72,19%) в составе орудийного набора исследуемой коллекции. Это очень высокий показатель на фоне опубликованных поселенческих комплексов неолита и энеолита Алтая. Процесс трансформации каменной индустрии от пластинчатой техники изготовления орудий к отщеповой традиционно связывают с эпохальными событиями перехода от неолита к энеолиту. Особенностью каменной индустрии поселения Пестряково Озеро является представительная серия вкладышей и геометрических микролитов. В составе каменных индустрий поселенческих комплексов неолита и энеолита Алтая подобные артефакты представлены единичными экземплярами и не составляют сколько-нибудь статистически значимых серий. Представительные серии вкладышей имеются в материалах поселения финального неолита — энеолита Усть-Нарым в Восточном Казахстане. Шлифованные каменные диски находят широкий круг аналогов в материалах поселенческих комплексов энеолита Северной Кулунды, Восточного и Северного Казахстана. В работе делается вывод, что основной массив каменных артефактов поселения Пестряково Озеро относится к энеолиту. Констатируется, что какая-то часть артефактов может датироваться более ранним неолитическим временем.</p> К.Ю. Кирюшин Ю.Ф. Кирюшин Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-17 2021-12-17 33 4 9 29 10.14258/33(4).-01 О функциональном назначении сейминско-турбинских бронзовых наконечников копий с крюком http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10748 <p>Копье — «рогатина» было эффективным орудием добычи медведя, лося и кабана. Остановить натиск массивного животного помогали различные приспособления, укрепленные на втулке. На сейминско-турбинских вильчатых копьях, обнаруженных на территории Западной Сибири, крюк, расположенный под пером, также мог служить одним из вариантов подобных приспособлений. Изначальным конструктивным недостатком подобных изделий была вилка, расположенная на уровне (или выше) линии соединения втулки с пером. Именно таким образом были моделированы наконечники копий в могильнике Ростовка, а также в Пышминской и Прииртышской коллекциях. В металлургических традициях Восточной Европы вилку заменил ромбический стержень пера. На территории Западной Сибири, отталкиваясь от исходной листовидной формы вильчатых наконечников, сейминско-турбинские мастера стали изготавливать специализированные образцы с укрепленным соединением втулки и узкого пера. Относительно более позднее появление вильчатых наконечников копий с узким пером и модифицированной вилкой, скорее всего, было обусловлено их основным функциональным назначением — охотой.</p> Ю.И. Михайлов Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-17 2021-12-17 33 4 30 44 10.14258/33(4).-02 Планиграфия одного из кварталов Ижевска на улице Красной http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10750 <p>В статье проведен первичный анализ планиграфии одного из исторических кварталов выявленного объекта археологического наследия «Поселение „Ижевский завод“» по результатам спасательных раскопок 2020 г. Были выявлены и исследованы 272 объекта и остатки фундаментов четырех жилых сооружений. Впервые выявленные объекты были соотнесены по дате возникновения, функциональным особенностям и типу. Застройка кварталов начиналась от углов и «двигалась» к центру квартальных улиц. Всего выделяются восемь жилых домов и соответственно связанных с ними усадеб. Были рассмотрены основные типы объектов, проведено деление усадеб на дворовую, хозяйственную и огородную части. Рядом с каждым зданием находилась дворовая площадка, без фиксации каких-либо объектов. В 4–8 метрах от дома имелись по два больших погреба с деревянными конструкциями внутри и материалом XIX — начала XX в. Бытование части ям по материалу и заполнению можно объяснить наличием кустарных промыслов у жильцов. В центре квартала, в «задней» части усадеб, находилась огородно-садовая зона, огороженная заборами. К ней же относятся и колодцы. В советское время эти дома были превращены в многоквартирные «коммуналки», после чего произошла значительная перепланировка усадеб.</p> С.А. Перевозчикова Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-18 2021-12-18 33 4 45 56 10.14258/33(4).-03 Монеты и жетоны из погребений Козюлинского курганного могильника как исторический источник http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10751 <p>В статье представлены монеты и жетоны из Козюлинского курганного могильника, дано их полное описание: 70 монет и две монетовидные пластинки, 13 жетонов и одна имитация. Даны результаты элементного состава тех нумизматических находок, визуальное определение которых было затруднено. Приводится контекст нахождения монет и жетонов в погребении: где они располагались, какие предметы им сопутствовали. Все находки проанализированы по половозрастному признаку. Часть монет и все жетоны имели отверстия, что указывает на их применение как украшений. Большинство монет из погребений не имели отверстий. Вероятно, это свидетельствует о том, что население, оставившее Козюлинский могильник, воспринимало монеты и как денежный эквивалент, имеющий самостоятельную ценность.</p> <p>Монеты и нюрнбергские жетоны являются одним из надежных источников по датировке погребальных комплексов XVII–XIX вв. Проведенные исследования уточняют датировку Козюлинского курганного могильника: монет и жетонов позднее 1676 г. в нем нет. Публикуемые материалы могут быть полезны для уточнения хронологии синхронных археологических памятников Западной Сибири и сопредельных территорий.</p> Л.М. Плетнева А.А. Пушкарев Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-18 2021-12-18 33 4 57 80 10.14258/33(4).-04 Миниатюрные изделия из глины именьковской культуры VI –VII вв. н.э. http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10752 <p>В статье рассматриваются миниатюрные изделия из глины именьковской культуры. Они часто упоминаются в публикациях находок с именьковских городищ и селищ. Вместе с тем они не встречаются в именьковских могильниках. Базой исследования стала представительная коллекция миниатюрных изделий с Тетюшского-II городища в Тетюшском районе Татарстана. Кроме того, были использованы опубликованные материалы из раскопок других именьковских поселений как в Республике Татарстан, так и в соседних областях — Ульяновской и Самарской. Автором было изучено 124 миниатюрных предмета. Они были сгруппированы в четыре отдела. Первый — поделки геометрической формы (шары, конусы и т.п.), составляющие 22,5% от всех находок. Второй — украшения (9,8%). Наиболее многочисленной (42,7%) является третий отдел — предметы быта. Большую часть здесь составляют миниатюрные сосуды. В последний отдел входят миниатюрные изображения животных (25%). Все изделия изготовлены из глины без примесей. Они хорошо обожжены. При этом практически все они либо поломаны или разбиты, либо имеют утраты отдельных частей. Поскольку поделки были очень прочными, очевидно, что их разбивали специально. По функциональному назначению, они были: 1) культовыми предметами, связанными с производственной деятельностью (миниатюрные фигурки животных); 2) магическими поделками; 3) элементами ритуальных процедур; 4) бытовыми изделиями (например, чаши для питья); 5) снарядами для оружия (пращи). В последнем случае с такой же целью использовались и природные конкреции. Происхождение большинства миниатюрных сосудов связано с волжским регионом. В украшениях и ряде типов миниатюрных сосудов прослеживается связь этих артефактов с древностями дьяковской археологической культуры. Имеются аналогии в материалах киевской культуры. Миниатюрные сосуды с круглым дном связаны с культурами I тыс. н.э. Южного Предуралья. Часть предметов этого комплекса сформировалась под влиянием культуры сармат. Датируются все рассмотренные изделия VI–VII вв. н.э. Таким образом впервые была проведена систематизация миниатюрных изделий именьковской культуры, их атрибуция и датировка.</p> К.А. Руденко Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-18 2021-12-18 33 4 81 106 10.14258/33(4).-05 Особенности сырьевой базы палеолитических индустрий Юго-Восточного Дагестана http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10753 <p>В статье представлены результаты петрографических исследований коллекций артефактов ашельских и среднепалеолитических комплексов, расположенных на территории Дарвагчайского геоархеологического района (Юго-Восточный Дагестан). На протяжении всего палеолита каменное сырье было очень важным ресурсом. Отсутствие качественного кремневого сырья явилось основным фактором для заключения о том, что данная территория посещалась древним человеком крайне редко и возможность обнаружения здесь стоянок раннего и среднего палеолита маловероятна. Археологические исследования, проведенные в последнее десятилетие, позволили утверждать обратное. Анализ сырьевых источников показал, что в районе стоянок имеется несколько основных типов горных пород, которые в разной степени использовались для изготовления каменных орудий. Петрографический состав коллекций свидетельствует о том, что большинство артефактов выполнено из кремня, известняка и песчаника. Кремневое сырье, используемое на памятниках, отличается большим количеством внутренних дефектов, в первую очередь трещиноватостью. Фактор сырья играл очень важную роль. Крупные, тщательно оформленные орудия изготовлены преимущественно из песчаника и известняка. Из кремня выполнены в основном невыразительные мелкоразмерные изделия. Таким образом, размеры, приемы и интенсивность обработки каменных орудий демонстрируют прямую зависимость от типа и качества сырья.</p> А.Г. Рыбалко Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-18 2021-12-18 33 4 107 113 10.14258/33(4).-06 Сложносоставные луки населения Алтая жужанского времени (по материалам некрополя Чобурак-I) http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10754 <p>Статья посвящена введению в научный оборот и анализу сложносоставных луков населения Алтая жужанского времени, обнаруженных в погребениях булан-кобинской культуры погребально-поминального комплекса Чобурак-I. Серия объектов данного памятника, расположенного близ с. Еланда Чемальского района Республики Алтай, исследована археологической экспедицией Алтайского государственного университета. Авторами систематизированы костяные (роговые) накладки луков из погребений семи мужчин (курганы №30, 30а, 31, 31а, 32, 34а, 38) и одного подростка (курган №29а). Сравнительное исследование имеющихся материалов предоставляет основания для отнесения этих изделий ко II–V вв. н.э. Отмечено значительное сходство конструкции и формы костяных (роговых) деталей публикуемых образцов ручного метательного оружия. Полученные археологические данные демонстрируют использование «булан-кобинцами» длинных луков с симметричной и асимметричной кибитью, усиленных семью накладками. Изучение зафиксированных in situ предметов свидетельствует о существовании у населения Алтая в сяньбийско-жужанское время практики помещения в захоронения «неполных» (сломанных) луков либо образцов с разобранными накладными элементами. Представленные материалы расширяют источниковую базу для комплексного изучения наступательного оружия дальнего боя населения региона на рубеже поздней древности и раннего Средневековья.</p> Н.Н. Серегин А.А. Тишкин С.С. Матренин Т.С. Паршикова Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-18 2021-12-18 33 4 114 131 10.14258/33(4).-07 Древние ритуальные объекты Окинского плоскогорья (Восточный Саян) http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10755 <p>Сакральные представления занимали одно из важнейших мест в жизни древних сообществ. Свидетельствами подобных представлений могут являться каменные конструкции, использовавшиеся для различных обрядовых действий и имевшие в зависимости от своего функционального назначения ряд конструктивных отличий. Несколько подобных сооружений были выявлены на территории Окинского района Республики Бурятия. Часть из них имеет четырехугольную, круглую или кольцевую форму и диаметр до 2 м, другие — круглую курганообразную или плоскую форму диаметром 3–6 м. Первые раскопки крупных каменных кладок круглой формы были предприняты в 1870 г. П.А. Ровинским возле Окинского караула (археологический объект Ока, пункты 1 и 2). Исследователь охарактеризовал раскопанные им конструкции как кенотафы или жертвенные места. Еще две крупные каменные кладки раскопаны А.В. Харинским в 2020 г. на археологическом объекте Шаснур-3. Основываясь на материалах раскопок и используя этнографические данные, круглые каменные кладки Горной Оки диаметром 3–6 м можно рассматривать как кенотафы. Одна из малых кольцевых кладок исследована В.И. Ташаком на археологическом объекте Зун Номто-Гол-1. Ее, как и другие кладки диаметром до 2 м, учитывая данные этнографии, можно характеризовать как древние жертвенники, посвященные духам — хозяевам местности.</p> В.И. Ташак А.В. Харинский М.А. Портнягин Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-18 2021-12-18 33 4 132 156 10.14258/33(4).-08 Кашинная керамика с селища Подымалово-1 (по результатам раскопок 2019 года) http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10756 <p>В статье рассматривается кашинная керамика, обнаруженная в ходе раскопок селища Подымалово-1 в 2019 г. Первая классификация фрагментов глазурованной посуды, обнаруженной на этом селище в 2017 г., была осуществлена Э.В. Камалеевым. Исследователю удалось охарактеризовать 16 выявленных черепков, на основе чего датировать концом XIII — XIV в. как отдельные культурные напластования, так и изученные комплексы. В 2019 г. в ходе проведенных на памятнике раскопок А.И. Тузбекову удалось обнаружить еще 28 фрагментов кашинной посуды. Большинство посуды было сильно фрагментировано, она утратила первоначальный вид. Но, использовав классификацию, разработанную В.Ю. Ковалем для керамики с поливой, в основе которой лежит принцип первенства признаков функции керамики и технологии ее производства по сравнению с признаками декора и морфологии, исследователю удалось проанализировать выявленные фрагменты, датировать отдельные пласты и комплексы серединой — 2-й половиной XIV в., а также сделать вывод о наличии торговых связей насельников селища с крупными городскими центрами Поволжья.</p> А.И. Тузбеков Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-18 2021-12-18 33 4 157 165 10.14258/33(4).-09 Минеральный состав руд, использовавшихся на укрепленном поселении бронзового века Устье-I (Южное Зауралье) http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10757 <p>На укрепленном поселении бронзового века Устье-I (Южное Зауралье) были обнаружены металлические изделия из меди, мышьяковых и оловянных бронз, многочисленные обломки металлургических шлаков, а также обломки медных руд. По результатам ранних исследований среди металлических изделий преобладает чистая медь (53.4% находок), но также значимая часть имеет примесь мышьяка (25.4% находок), олова (13.6% находок) и обоих компонентов одновременно (7.6% находок). В шлаках одновременно встречается несколько легирующих компонентов образцов: Pb (50% случаев), As (49% случаев), Zn (40% случаев), Bi (38% случаев), Sn (7% случаев), Ni (4% случаев), Sb (1% случаев). Для выявления связи между поступающим сырьем и полученным металлом было исследовано 15 образцов руд. По размерности руды представлены «массивными» обломками размером от 5 мм до нескольких сантиметров, а также «дроблеными» размером 2–3 мм. По минеральному типу руды делятся на малахитовые, азуритовые и бурожелезняковые. Минеральный и химический состав руд определялся методом растровой электронной микроскопии. Основными медными минералами являются малахит, азурит, второстепенным — хризоколла, редкими — халькопирит, куприт. Медь сорбируется на гидратированных слюдах, хлоритах, а также гидроксидах железа и марганца. В «дробленых» рудах выявлены обломки медного шлака. Во всех типах руд природные попутно-встречающиеся легирующие компоненты очень редки и представлены Pb и Zn. Эти элементы могут образовывать собственные минералы (моттрамит, минерал семейства плюмбогуммита) или выступают как примесь к малахиту (до 0.62 мас.% ZnO), азуриту (до 1.12 ZnO и до 2.37 PbO), гидроксидам железа (до 2.66 ZnO и до 2.02 PbO) или гидроксидам марганца (до 0.41 ZnO и до 9.48 PbO). Примесей As и Sn не выявлено. Наличие многочисленных обломков бурых железняков на поселении, близкое расположение медных рудников указывает на то, что жители поселения занимались добычей и переработкой медной руды. Широкое распространение руд, состоящих главным образом из малахита и азурита, указывает, что добыча руд велась из верхних частей зоны окисления, а выплавляемый из этих руд металл должен соответствовать чистой меди. Распространение примесей Pb и Zn указывает, что часть медных руд происходит из зон окисления колчеданных руд или месторождений других формационных типов со сходным составом руд. Различие составов руд, найденных на поселении, и составов шлаков и металла связано с несколькимиисточниками руд. Источниками медных руд могли быть рудники, расположенные рядом с поселением. Мышьяксодержащие руды могли быть из рудников сопредельных районов. Оловянные руды привозились в результате трансрегионального обмена с регионом Центральной Азии.</p> И.А. Блинов Н.Б. Виноградов Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-18 2021-12-18 33 4 166 184 10.14258/33(4).-10 Реконструкция техник металлообработки меди и бронзы тагарской культуры на базе экспериментально-трасологического анализа http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10758 <p>Статья посвящена реконструкции техник металлообработки тагарской археологической культуры на базе экспериментально-трасологического анализа. Выполнена серия экспериментов, проведенных в рамках комплексного изучения наскального искусства Минусинской котловины. Получено 23 базовых эталона и отлито девять орудий, подвергнутых впоследствии кузнечно-слесарной обработке. В результате реконструированы техники, которые использовались при изготовлении 62 орудий труда и предметов вооружения. В основе построенных технологических цепочек лежали литье в двухчастных, в том числе глиняных, вертикальных или горизонтальных формах с последующей обработкой ковкой (каменными молотками) и шлифовкой (песчаник, песчаник с мокрым песком). Орудия труда и элементы оружия ударного воздействия подвергались упрочняющей ковке. Поверхности проникающего назначения (острия чеканов) не упрочнялись и затачивались. Планируется расширение коллекций экспериментальных эталонов.</p> Р.В. Давыдов Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-18 2021-12-18 33 4 185 208 10.14258/33(4).-11 Херексуры Юстыда: мультиспектральная съемка, опыт использования БПЛА для комплексного изучения http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10759 <p>В статье рассматриваются методические вопросы картографирования объектов археологического наследия дистанционным образом с помощью беспилотных аппаратов. В качестве полигона был выбран участок долины р. Юстыд на территории Кош-Агачского района Республики Алтай. Участок съемки 2021 г. охватывал территорию правого берега с максимальной концентрацией объектов больших размеров, прежде всего херексуров, отличающихся разнообразием формы и внутреннего строения. Для мультиспектральной съемки археологических памятников использовали беспилотный летательный аппарат DJI Inspire 1 (ver. 2.0), конструктивной особенностью которого являлась дополнительная мини-платформа, расположенная в задней части корпуса. Платформа была смонтирована для установки камеры Parrot Sequoia и дополнительной батареи — источника автономного питания камеры. Процесс фотограмметрической обработки снимков представлял собой компьютерную автоматизированную цифровую обработку фотоматериалов с последующим созданием мозаичного ортофотоплана. Для фотограмметрической обработки материалов была выбрана программа Agisoft Metashape. Полученные результаты были подвергнуты индексной (тематической) обработке мультиспектральных снимков на основе комбинации зеленого, красного и ближнего инфракрасного каналов. В ходе сравнительного анализа построенных изображений обнаружены следующие закономерности. Индекс MCARI позволяет обнаруживать курганные могильники и элементы конструкции, выраженные в геометрии (плане). Детектирование различных «аномалий», характеризующих наличие мелких элементов в задернованных слоях, возможно при дополнительной обработке фильтрами. Таким образом, установлено, что мультиспектральная съемка является новым высокотехнологичным инструментом при выполнении археологической разведки, поиске новых объектов и уточнении конфигурации ранее исследованных объектов, при картографировании отдельно стоящих памятников и археологических комплексов в целом.</p> Е.П. Крупочкин Д.В. Папин Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-18 2021-12-18 33 4 209 220 10.14258/33(4).-12 Металлические изделия из памятников саргатской культуры Притоболья http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10760 <p>В работе представлены результаты аналитического исследования металлических изделий из памятников саргатской культуры Притоболья методом рентгенофлюоресцентного анализа с целью уточнения направлений контактов местного населения. В результате анализа были получены свидетельства широкого распространения у представителей саргатской культуры изделий из чистой меди (Сu), оловянной бронзы (Cu+Sn) и двойной латуни (Cu+Zn), а также отмечено использование редких сплавов, ранее не выявленных на материалах саргатской культуры: свинцовой латуни (Cu+Zn+Pb) и свинцово-оловянной бронзы (Cu+Pb+Sn). Такое многообразие сплавов свидетельствует о наличии широких торгово-обменных связей у населения саргатской культуры на разных этапах ее существования. Новые данные не противоречат распространенной в литературе идее о поступлении слитков и готовых изделий из чистой меди от иткульских металлургов, а вещей из высокооловянных сплавов — с территорий Средней Азии, Поволжья, Приуралья, а также из восточных районов Сибири, Алтая и Забайкалья. Новый материал позволил сделать вывод о происхождении изделий из свинцово-оловянных бронз от хунну Забайкалья, а украшений из двойных и свинцовых латуней — от населения Северной Бактрии.</p> М.М. Проконова Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-18 2021-12-18 33 4 221 243 10.14258/33(4).-13 Погребальные комплексы и обрядовая практика культуры яёй, Японский архипелаг http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10762 <p>В I тыс. до н.э. в Западной Японии появляется новая культурная традиция, резко отличающаяся от эпохи дзёмон. Если на раннем этапе (ок. X — VIII в. до. н.э.) во время переходной фазы наблюдается взаимовыгодное сосуществование дзёмонского и яёйского населения, то период с VII в. до н.э. по III в. н.э. маркируется сменой присваивающей экономики на производящую (земледелие и скотоводство); появлением новых технологий (металлургия), новациями в погребальном обряде и социальной структуре общества. В результате постепенной экспансии переселенцев с Корейского полуострова культурная традиция дзёмон практически перестает существовать на большей части архипелага, за исключением локальных вариантов на о. Хоккайдо и о-вах Рюкю. В ряде научно-популярных изданий можно прочитать, что эти события и их значение для территории Японского архипелага в определенной степени сопоставимы с открытием европейцами Нового Света и последующими драматическими судьбами аборигенов. Разница лишь в масштабах территорий и в том, что европейцы фактически прервали эволюцию государственных и раннегосударственных обществ в доколумбовой Америке, а на территории Японских островов мигранты с континента, наоборот, стимулировали возникновение протогосударственных образований. Однако процесс интродукции новой культуры и сопровождающих ее технологий в действительности был гораздо сложнее, различался в разных районах архипелага своей динамикой и степенью преемственности с предыдущей культурой.</p> Д.А. Иванова Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-18 2021-12-18 33 4 244 266 10.14258/33(4).–14 Исследование средневекового производственного цеха на городище Бытыгай http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10764 <p>Статья посвящена изучению новых археологических данных, полученных в результате исследования городища Бытыгай. Памятник расположен в окрестностях села Коргалжин Акмолинской области (Республика Казахстан). В научный оборот вводятся материалы, полученные при исследовании производственного цеха. Памятник в сочетании с другими объектами образует единый городской и технологический центр, существующий на территории Тенгиз-Коргалжинского региона и даже всего Центрального Казахстана. Исследованный в 2021 г. объект и другие строения на городище Бытыгай обладают совокупностью характерных черт и признаков тимуридского архитектурного стиля и, по предварительным данным, датируются XIV–XV вв.</p> С.К. Сакенов А.И. Кукушкин С.Б. Бурбаева Г.К. Букешева Е.Ж. Рахманкулов Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-20 2021-12-20 33 4 267 283 10.14258/33(4).-15 Результаты комплексного исследования памятника Куртеке (Восточный Памир) http://journal.asu.ru/tpai/article/view/10765 <p>Материалы большей части археологических памятников Восточного Памира известны по подъемным сборам. Одним из трех известных на сегодняшний день многослойных стратифицированных памятников на этой территории является навес Куртеке, исследованный в 1960 г. В.А. Рановым. Тогда же были выделены два культурных слоя, датированных периодами неолита — энеолита и энеолита — эпохой бронзы. Этот памятник интересен еще и тем, что на стенах навеса непосредственно над культурными слоями присутствуют наскальные изображения, выполненные краской, — антропомофные и геометрические фигуры. Современные данные показали, что первый слой, связанный с заселением стоянки, относится к финальному плейстоцену (древнее 13 тыс. л.н.). В ходе нового этапа изучения проведены палинологический и карпологический анализ грунта, изучение неопределимых фаунистических остатков по методу ZooMS, а также документирование наскальных изображений памятника. Комплексное междисциплинарное исследование материалов Куртеке показало, что представленная здесь каменная индустрия является типичной для горной части Центральной Азии; климат в оба периода заселения стоянки человеком был засушливым, и несмотря на присутствие злаковых растений, прямых указаний на их окультуривание обнаружено не было; фаунистический состав стоянки представлен таксонами, типичными для территории Восточного Памира сегодня; в наскальном искусстве присутствуют образы, распространенные на территории Средней и Центральной Азии в эпоху бронзы.</p> С.В. Шнайдер К.А. Ашастина С. Алишер кызы Н. Сайфуллаев Г.А. Закаблук А.А. Черноносов Р. Спенглер Л.В. Зоткина Copyright (c) 2021 Теория и практика археологических исследований 2021-12-20 2021-12-20 33 4 284 296 10.14258/33(4).-16