СОЦИАЛЬНЫЕ, КУЛЬТУРНЫЕ,

ИСТОРИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

ИБЕЗОПАСНОСТЬ

SOCIAL, CULTURAL, HISTORICAL

STUDIES AND SECURITY

Научная статья / Research Article

УДК 316.346.36(571.54):94(47+57)

DOI: 10.14258/SSI(2025)4–08

Поколенческие различия ввосприятии распада СССР

(поматериалам социологического исследования

вРеспублике Бурятия)

Ирина Николаевна Дашибалова

Институт монголоведения, буддологии итибетологии СО РАН, Улан- Удэ, Россия,

dashibalonirina@gmail.com, https://orcid.org/0000–0002–4827–8533

Аннотация. Представлен анализ отношения различных поколений Бурятии краспаду

СССР наоснове данных массового опроса (n= 778, 2020г.), фокус- групп (n= 30, 2024г.)

иглубинных интервью (n= 10, 2025г.). Эмпирические данные демонстрируют различия

ввосприятии советского общества социально- демографическими группами. Определена

зависимость: чем старше возраст респондентов, тем сильнее проявляется чувство носталь-

гии поСССР. Обнаружена дифференциация попоселенческому признаку иподоходным

группам впроявлении настроений сожаления. Установлено, что, чем ниже доход респон-

дентов, тем ярче выражаются ностальгические чувства по прошлому. Дано сравнение

данных социологического исследования срегиональными иобщероссийскими опросами

по акцентуации социальной памяти россиян в современных условиях. Изучены харак-

теристики, присуждаемые различным поколениям наоснове систематизации открытых

Society andSecurity Insights № 4 2025 136

вопросов. Осуществлен вывод оресентиментном характере отношения краспаду СССР

врегионе, сохранении позитивных образов советского общества ипоколений, живших

вданный период. Раскрыты дифференцированные оценки поколений Бурятии кобразу

СССР повозрастным группам, основанные устарших поколений наличном опыте сквозь

призму идеологических предпочтений иумолодежи — нааналоге советских политических

движений.

Ключевые слова: ностальгия, поколения, Республика Бурятия, ресентимент, моло-

дежь, распад СССР, социальная память, ресоветизация, доходные группы

Финансирование: статья подготовлена в рамках государственного задания (проект

«Российские регионы Внутренней Азии: стратегии долговременного развития, социаль-

ные изменения итрансграничное взаимодействие вусловиях глобальных инациональных

вызовов»).

Для цитирования: Дашибалова И. Н. Поколенческие различия в восприятии распада

СССР (поматериалам социологического исследования вРеспублике Бурятия) // Society and

Security Insights. 2025. Т.8, №4. С.135–149. doi: 10.14258/ssi(2025)4–08

Generational Dierences in Perception of the Collapse

of the Soviet Union (Based on Sociological Research

in the Republic of Buryatia)

Irina N. Dashibalova

Institute of Mongolian, Buddhist and Tibetan Studies SB RAS, Ulan- Ude, Russia,

dashibalonirina@gmail.com, https://orcid.org/0000–0002–4827–8533

Abstract. e article presents an analysis of the attitudes of dierent generations in Buryatia

towards the dissolution of the USSR, based on data from amass survey (n= 778, 2020), focus

groups (n= 30, 2024), and in-depth interviews (n= 10, 2025). Empirical evidence demonstrates

dierences in the perception of Soviet society among socio- demographic groups. e older the

respondents, the stronger the sense of nostalgia for the Soviet Union. ere is also dierentiation

based on settlement patterns and income groups in the expression of feelings of regret. It has been

established that the lower the respondents’ income, the more pronounced their nostalgic feelings

about the past. Acomparison is made between the data from the sociological research and region-

al and nationwide surveys regarding the accentuation of social memory among Russians in con-

temporary conditions. e characteristics attributed to dierent generations have been examined

based on the systematization of open-ended questions. e conclusion has been drawn regarding

the ressentimental nature of attitudes toward the dissolution of the Soviet Union in the region, as

well as the preservation of positive images of Soviet society and the generations that lived during

that period. Dierentiated perceptions of the generations in Buryatia regarding the image of the

USSR are revealed by age group, with older generations drawing on personal experience through

the lens of ideological preferences, while the youth base their views on parallels with Soviet polit-

ical movements.

Социальные, культурные, исторические исследования ибезопасность 137

Keywords: nostalgia, generations, Republic of Buryatia, renaissance, youth, dissolution of the

Soviet Union, social memory, resovietisation, prot groups

Financial Support: the article was prepared within the framework of the state assignment

(project “Russian Regions of Inner Asia: Long- Term Development Strategies, Social Change, and

Cross- Border Interaction in the Context of Global and National Challenges”).

For citation: Dashibalova, I. N. (2025). Generational Dierences in Perception of the Collapse of

the Soviet Union (Based on Sociological Research in the Republic of Buryatia). Society and Security

Insights, 8(4), 135–149. (InRuss.). doi: 10.14258/ssi(2025)4–08

Введение

Отношение россиян кСоветскому Союзу напротяжении 30лет после его

распада стабильно являлось темой общероссийских социологических опросов.

Данный показатель сохранял свою устойчивость всторону положительных зна-

чений — более половины опрошенного населения, согласно исследованиям, про-

веденным в 2022г. ВЦИОМ1 и ФОМ2. Поданным мониторинга общественного

мнения ведущих социологических центров, регулярно отслеживающих вопрос

отношения к распаду СССР, начиная с 1990-х гг. наблюдались волны подъема

испада настроений. Согласно исследованиям ФОМ, удельный вес симпатизиру-

ющих возрастал кконцу 1990-х иимел самые высокие значения (до85%), снижал-

ся в2011–2012гг. (до51%) ипоказал снова подъем приверженности советской иде-

ологии с2021г. (62%)3.

Взгляды различных возрастных групп населения всвязи сраспадом Совет-

ского Союза ирегиональное измерение ценностных установок, символической

памяти поколений на примере Калининградской, Нижегородской, Ростовской

областей демонстрирует актуализацию интереса ксоветскому прошлому (Лубя-

ной, 2022; Мегем, 2023; Тупаев, 2025). Отечественные исследователи, изучая явле-

ние феномена советской памяти россиян, характеризуют идеологическую модель

современной политики (Завершинский, 2020), культурную трансмиссию совет-

ского наследия (Вишневский, 2023), ресоветизацию современной России (Соло-

вьев, 2022), фрагментированность исторического сознания и конструирование

нарратива опрошлом (Долгов, 2022), эклектичность обыденного сознания уболь-

шей части населения (Бойм, 2022). Неслучайно «советское наследие (втом числе

символическое) остается центростремительной силой постсоветского простран-

ства» (Соловьев, 2022: 125).

1 100лет СССР: забыть нельзя вернуться? // Сетевое издание Всероссийского цен-

тра общественного мнения. 30.12.2022. URL: https://wciom.ru/analytical- reviews/analiticheskii-

obzor/100-let-sssr-zabyt- nelzja-vernutsja (дата обращения: 04.09.2025).

2 Кстолетию образования СССР. Представления ожизни всоветское время: ФОМ-

нибус — еженедельный всероссийский поквартирный опрос от 16–18 декабря 2022 г. //

Фонд Общественное мнение. 16.01.2023. URL: https://fom.ru/Proshloe/14823 (дата обращения:

04.09.2025).

3 30-летие Беловежских соглашений. Отношение россиян к распаду СССР. Пред-

ставления о его причинах // Фонд Общественное мнение. 21.12.2021. URL: https://fom.ru/

Proshloe/14665 (дата обращения: 04.09.2025).

Society andSecurity Insights № 4 2025 138

Позитивное отношение кСССР активно используется впубличном дискур-

се исовременной культурной политике (Суслов, 2024). Распад СССР продолжает

быть значимым историческим явлением ипо-разному отражается вобществен-

ном сознании россиян (Багдасарян, 2022). Наоснове регулярно проводимых со-

циологических замеров фиксируется динамическая картина отношения рос-

сийского общества: от ретроспективных взглядов, чувства сожаления и тоски

попрошлому дозрелой оценки неизбежности социальных изменений (Линчен-

ко, 2022; Ядова, 2021).

Апелляция ксоветскому опыту социальных практик иполитических уста-

новок населения любопытна всовременной повестке нетолько сточки зрения

поколенческого анализа людей старшего возраста, нотакже обращения части мо-

лодежи илюдей среднего возраста.

Причинами активизации ресентиментных настроений являются втом чис-

ле экономические факторы, уровень жизни в регионах, в нашем случае — ре-

гион Дальнего Востока, находящийся на низких местах рейтинга социально-

экономического развития в сравнении с другими субъектами Российской

Федерации. Ассоциация советского прошлого со стабильностью, привержен-

ность идеям справедливости, рефлексия советской идеологии ипатерналистские

ценности представляют исследовательский интерес визучении различных поко-

ленческих групп вБурятии.

Противоречивость ностальгических установок и особенности поколенче-

ских различий, анализ взглядов поколений на проблему ресоветизации осве-

щается наэмпирических данных социологических исследований, проведенных

вРеспублике Бурятия в2020, 2024–2025гг.

Недостаточность прикладных социологических исследований ностальгиче-

ских установок жителей, живущих вудаленных отфедерального центра регио-

нах, предопределяет сравнительный анализ их мнений собщероссийскими опро-

сами, атакже изучение поколенческого фактора. Встатье анализируются взгляды

различных генераций вотношении краспаду кСССР, образы советских ипостсо-

ветских поколений воценках населения.

Методы

Методами исследования являлись массовый опрос населения Республики

Бурятия, фокус- группы с представителями двух поколений: молодежь и люди

старшего возраста, глубинные интервью сэкспертами. Анкетный опрос жите-

лей Бурятии проведен в2020г. Опрошено 778 человек вформе индивидуально-

го анкетирования (487 чел. — вг.Улан- Удэ и291 чел. — вЕравнинском, Прибай-

кальском, Иволгинском, Тарбагатайском, Кяхтинском и Хоринском сельских

районах республики). Выборка районированная многоступенчатая (Iступень —

городские округа имуниципальные районы; II — городские исельские населен-

ные пункты; III — квоты пополу, возрасту, образованию, этнической принад-

лежности) репрезентирует взрослое население ввозрасте 18лет истарше. Также

учитывались сфера занятости и территориальная принадлежность респонден-

Социальные, культурные, исторические исследования ибезопасность 139

та (микрорайон города). Необходимое число опрашиваемых ипараметры отбо-

ра определялись наоснове Итогов Всероссийской переписи населения 2010г., ге-

неральная совокупность (n) составила 743 724 чел. (население ввозрасте 18лет

и старше). В 2024 г. для подтверждения выводов количественного исследова-

ния иобнаружения динамики общественного мнения организованы ипроведе-

ны три фокус- групповых дискуссии, в2025г.— 10 глубинных интервью c экспер-

тами. Вкачестве участников фокус- групп рекрутированы представители разных

социально- демографических групп населения по полу, возрасту, образованию,

национальности. Экспертами глубинных интервью выступили сотрудники си-

стемы государственного имуниципального управления, НКО, СМИ, культуры,

образования, науки.

За основу деления возрастных когорт взято пять генераций: 1) 18–29 лет,

2)30–39лет, 3)40–49лет, 4)50–59лет, 5)60 истарше. Обозначение периодизации

поколенческих групп исходит изособенностей формирования генераций иваж-

ных исторических изменений, происходивших вконкретный период. Изних три

поколения имели опыт жизни вСССР, нопоколение родившихся впериод «за-

стоя» свою юность итрудовую биографию застало впериод реформирующейся

России.

Результаты

Вмассовом сознании жителей Республики Бурятия советское прошлое яв-

ляется побудителем разного рода воспоминаний, одно изкоторых — носталь-

гия об утраченном. Поскольку общероссийские замеры общественного мнения

показывают колебания настроений поотношению кСССР, врегионе запослед-

ние 5 лет также подтверждается динамика выражения сожаления — две тре-

ти населения несожалеют ораспаде СССР, но ностальгический тренд соотно-

сится свозрастным фактором. Каждый третий представитель региона сожалеет

ораспаде СССР (34,3%) ипятая часть населения республики совсем неиспыты-

вает ностальгии (18,1%), половина опрошенных затрудняются выразить отноше-

ние (45,1%). Сучетом совокупности ответивших отрицательно изатруднившихся

сответом (более 60%) можно констатировать, что намомент проводимого иссле-

дования позитивное восприятие образа СССР значительно сократилось. Внасто-

ящее время превалирующая часть населения всеже неиспытывает выраженной

ностальгии поСССР.

Дифференциация установок более ярко выражается впоколенческих разли-

чиях по отношению кобразу Советского Союза. Корреляция повозрасту демон-

стрирует возрастание выраженного позитивного отношения кСоветскому Сою-

зу, т.е. чем старше респонденты, тем лояльнее восприятие образа СССР. Период

социализации икарьеры старшего поколения приходится насоветский период.

Отсюда следовало ожидать одобрение иположительную оценку ими советской

эпохи: 64,4% лиц старше 60лет сожалеют ораспаде СССР, среди нихже 7,6% счи-

тают обратное. Ностальгия посоветской эпохе носит рефлексирующий характер,

подпитана медийной повесткой, выполняет роль опоры.

Society andSecurity Insights № 4 2025 140

Вменьшей мере испытывают ностальгические чувства ксоветскому обще-

ству 30-летние (24,3%), чем 40-летние (40%) и50-летние (44,2%). Отношение ксо-

ветскому прошлому избирательно, инаименьший отклик вностальгических на-

строениях, как иследовало ожидать, фиксируется умолодого поколения (15,7%).

Доля ностальгирующих вмолодежной группе, поданным проведенного нами ис-

следования, подтверждается общероссийскими замерами. Среди молодежи от18

до29лет большая часть затруднились сответом (61,2%), пятая часть молодых лю-

дей неиспытывают сожаления (20,3%).

Подоходным группам распределение вариантов ответа трактуется как субъ-

ективное восприятие оценки своего материального положения: «Ккакой изпе-

речисленных групп Вы моглибы себя отнести?». Предлагалось определить свой

экономический статус попозициям: 1)«Мыедва сводим концы сконцами, денег

нехватает даже напитание»; 2)«Денег хватает только напитание, даже покуп-

ка одежды вызывает затруднения»; 3)«Доходов нам хватает напитание иодежду,

но на покупку вещей длительного пользования — стиральной машины, холо-

дильника, телевизора — приходится копить или брать кредит»; 4)«Мыможем без

труда покупать вещи длительного пользования, нозатруднительна покупка до-

рогих вещей, например автомобиля»; 5)«Мыможем купить автомобиль, ноза-

труднительна покупка дорогих вещей, например квартиры, дома»; 6)«Нив чем

себе неотказываем, унас нет материальных затруднений». Нарисунке приведе-

ны позиции наиболее полярных групп: ссамым низким доходом (1-й вариант от-

вета) иссамым высоким доходом (6-й вариант ответа). Как видим, каждый вто-

рой среди низкодоходной группы ностальгирует поСССР (52%).

Вусловиях нестабильности, роста цен, депрессивного статуса региона, уве-

личивающегося социального неравенства социально- экономические группы

сразным уровнем дохода воспринимают советскую эпоху дифференцированно

(рис.). Для малообеспеченных групп, ккоторым относятся, вчастности, пенсио-

неры, перцепция советского времени сохраняется как период социальной защи-

щенности, бесплатного качественного образования, медицины, жилья. Это вы-

зывает у них чувство ностальгии и воспоминания осоциальных достижениях

СССР, имеющих эмоциональную устойчивость. Также такими настроениями ох-

вачены лица наемного труда всфере образования, здравоохранения, социально-

го обеспечения. Вэтой связи ретроспективные проекции обладают «собственной

дифференцирующей силой, стягивая … экономические установки, оценочные

образы прошлого, эмоциональную составляющую повседневного мироощуще-

ния» (Дубин, 2022: 73).

Различия потипам населенных пунктов весьма заметны. Среди городских

жителей Бурятии вдва раза больше тех, кто несожалеет ораспаде союзного го-

сударства (22,3%), посравнению ссельскими жителями (11,0%), иодновременно

чуть больше тех, кто выражает сожаление (37%). Нокаждый второй представи-

тель сельского района затруднился сответом. Пополу, образованию, этниче-

скому признаку существенных расхождений отданных повсей выборке необ-

наружено.

Социальные, культурные, исторические исследования ибезопасность 141

Ответы навопрос: «Сожалеетели Вы ораспаде СССР?» взависимости отуровня

дохода, посамооценке респондентов, процент кчислу опрошенных

Answeres to the question: «Doyou regret the collapse of the USSR?»,

by income level according to self-assessment of respondents, %

Образы советских людей имеют символическое значение, описывают идеа-

листические положительные представления осоветском обществе. Представите-

ли старшего поколения, родившиеся, выросшие иработавшие всоветское время,

характеризуются (группировка открытых вопросов повсей выборке):

— по критерию «отношение ктруду»: «ответственные», «добросовестные»,

«целеустремленные», «честные», «инициативные», «работоспособные», «трудо-

любивые», «работящие», «преодолевающие трудности», «дисциплинированные»,

«доводящие начатое доконца»;

— по критерию «межличностные отношения» отмечается феномен со-

циальной солидарности и названы определения: «поддерживающие друг друга»,

«надежные», «вежливые», «добрые», «интересные», «дружные», «воспитанные»,

«дружелюбные», «отзывчивые», «скромные», «простые», «доверчивые», «дружив-

шие семьями», «заботливые», «открытые душой», «сопереживающие», «прямые»,

«справедливые»;

— по критерию «образование» получены следующие оценки: «высокообра-

зованные», «грамотные», «умные», «интеллигентные», «талантливые»;

— описание моральных качеств: «уверенные в будущем», «сильные духом»,

«смелые», «неприхотливые», «мужественные», «прямые», «принципиальные»,

«сильные», «консервативные».

Отмечается, что данные суждения даются представителями всех поколений

поотношению ксоветским людям, анетолько как самоописания, ипрактически

нет ниодной негативной коннотации. Исходя изполученных ответов, можно су-

дить отом, что коллективная память осоветском обществе имеет социальный

окрас. Характеристики советских людей имеют морально- нравственную оценку

ивменьшей мере отражают воспоминания ополитической модели государствен-

Society andSecurity Insights № 4 2025 142

ного устройства. Существенных поколенческих различий ввосприятии качеств

советских людей необнаружено.

Нафоне контраста ссоветскими поколениями — послевоенного и«оттепе-

ли» генерация тех, кто начал свою карьеру в постсоветский период, наделяет-

ся противоречивыми характеристиками: «хитрые», «знающие себе цену», «на-

пористые», «уверенные всебе», «живущие лучше, чем вСССР», «пунктуальные»,

«решительные», «безысходные», «предприимчивые», «трудоголики», «добивающи-

еся любым способом», «успешные», «крепкие», «гибкие». Противопоставление по-

колений выпукло демонстрирует разницу в сфере межличностных отношений

ичаще невпользу постсоветского поколения всравнении. Данные свидетель-

ства говорят олакунном характере суждений разных поколений обСССР. Моло-

дежь (18–29лет) ипореформенное поколение (40–49лет) рассуждают осоветских

людях, опираясь навторичные источники, инеимеют непосредственного опыта

проживания советской жизни всознательном возрасте. Они обосновывают свои

рассуждения наисториях родителей, обучающих школьных циклов, изсредств

массовой информации, порой безкритической оценки. Зрелое истаршее поколе-

ние— «застоя», «оттепели» ипослевоенное отражают опыт молодости, становле-

ния личности исоциализации всоветское время, т.е. лучшие годы своей жизни.

Поэтому ввиду специфики социальной памяти они транслируют самые позитив-

ные характеристики, описывающие советскую эпоху.

В фокус- групповых дискуссиях 2024 г. озвучиваются мнения, на основа-

нии которых выстраивается ностальгия опредыдущей жизни всоветское время:

«союз нерушимый, этот прекрасный мир нас вдохновлял. Внас еще сидит таза-

калка, нас ничем непробьешь»; «была дружная единая страна»; «один народ, одна

идея, гимн, флаг»; «нас все-таки объединяет наше прошлое, победоносное»; «при-

надлежность кземле, большой нашей территории»; «мыс советским прошлым,

то есть у нас есть такая, скажем, корневая система, которая питает нас»;

«страна была наполнена хорошими идеями, все-таки, какбы мы ниговорили про

Советский Союз, вСоветском Союзе идея. Мы наобщие идеи работали».

Вфокус- групповом исследовании выявлены идеологические мотивы, име-

ющие корни в советском прошлом. Несмотря на то что современные молодые

люди ввозрасте 18–29лет незастали эпоху Советского Союза, советские символы

иидеи широко присутствуют ввысказываниях. Например, один изучастников

отметил: «есть много движений [политических], где участвуют волонтеры… это

часть нашей жизни». Эта реминисценция является социокультурным феноме-

ном ипроявлением современной российской политики. Популярность советских

символов, независимо отвкладываемых смыслов молодыми истаршими, служит

объединяющим фактором для различных поколенческих групп.

Обсуждение

Статья посвящена ресентиментным настроениям различных поколений Бу-

рятии поотношению краспаду СССР. Сохраняются воспоминания исожаления

посоциальной модели советского общества впротивовес современным реалиям.

Социальные, культурные, исторические исследования ибезопасность 143

Ностальгирующие проявляют позитивную перцепцию поконкретным социаль-

ным институтам исоциальным благам, бывшим всоветский период: бесплатная

медицина, бесплатное образование, бесплатное жилье.

Исследование показало, что отношение краспаду СССР жителей Республи-

ки Бурятия в целом положительное, нонаблюдаются значительные различия

между поколениями. Чем выше доход, тем менее склонны респонденты сожа-

леть опрошлом. Каждый второй опрошенный изнизкодоходных групп склонен

говорить ссожалением ораспаде советского общества. Сучетом материально-

го положения ипатерналистских установок данная группа уязвима кэкономи-

ческим кризисам.

Общая тенденция возрастания ностальгических чувств сувеличением воз-

раста подтверждается при разделении пяти генераций на две крупные груп-

пы: молодые (18–39лет) истаршие (от40лет дотех, кому более 60лет). Соответ-

ственно доля сожалеющих впервой группе составила дочетверти опрошенных

(суммарно), авовторой группе — более половины опрошенных. Вэтом случае,

во-первых, обнаруживаются более крупные подвыборки сучетом численности

респондентов вкаждой изэтих групп, во-вторых, данные массового опроса далее

уточнены неформализованными высказываниями информантов впроведенных

фокус- группах иглубинных интервью.

Дополнительным способом обработки ианализа неформализованных отве-

тов участников фокус- групп стал метод облака слов. Cпособ представления клю-

чевых тем показывает актуальность использования устойчивых словосочетаний

вличном вокабулярии опрошенных, реакции напрошлые, текущие ибудущие

события в стране имире, артикуляцию социальных проблем, атакже помога-

ет структурировать крупные объемы текстовой информации для исследователей.

Внашем случае облака слов позволили обнаружить региональные речевые стили

жителей Бурятии, актуализацию специфики социальной жизни, одновременно

демонстрируя сходство маркеров российской идентичности иустойчивость со-

ветской символики.

Методические основы применения облака слов базировались на обобще-

нии актуальных социолингвистических замеров. Динамику наиболее частот-

ных ключевых слов образа России вполитических текстах изучали И. А.Балаки-

на, О. Б.Ульянова, С. Б.Хабибуллина. Раскодировка идеологических устойчивых

словосочетаний выявила вектор тревожности вофициальном внутриполитиче-

ском дискурсе с 2021 г. (Балакина, Ульянова, Хабибуллина, 2023: 40). Вычлене-

ние главных сюжетов исторической памяти, отраженных внаименованиях наци-

ональных праздников постсоветских государств ввиде облаков тэгов, позволило

исследователям Д. Б. Казариновой, Н. А. Дунамалян раскрыть две группы стран

сразнонаправленными идентичностями (Казаринова, Дунамалян, 2022: 62–66).

Образ будущего России поданным мониторинга СМИ 2013–2023гг., про-

веденного ИСПИ ФНИСЦ РАН, показал изменение доминирующих дискурсов,

сокращение понятийного аппарата гражданской икультурной тематики ипре-

валирование геополитической риторики (Великая, Зайцева, Исетская, 2023: 17).

Society andSecurity Insights № 4 2025 144

Структурно- содержательное описание образа будущего российского государ-

ства с применением вербальных ассоциаций в оценках молодежи, выполнен-

ное О. Ю. Шмелевой, включает иерархию значений от«сильный» до«внутренний

туризм» помере значимости признаков (Образ будущего, 2024: 117–118). Фено-

мен образа России впредставлениях молодежи интерпретируется наматериалах

фокус- групп Центра «Новая Эра» МГУ, включает исторические персоналии исо-

ставлен воблако тэгов: «Сила», «Тяжесть», «Единство», «Вой на» идр. (Атаманен-

ко, Костин, 2024: 109). Изучение семантических кластеров локальной идентич-

ности наоснове качественных данных фокус- групп иоткрытых вопросов анкет

представлено вработе О. В. Воробьевой. Ею составлены ментальные карты на-

званий достопримечательностей иимен известных горожан, репрезентирующих

города Ленинградской области, иобнаружены особенности исторической памя-

ти респондентов (Воробьева, 2024: 156). Д. И. Каминченко обосновывает частот-

ный анализ текстовых массивов новостных заголовков российских СМИ как ре-

левантный инструмент изучения актуальной новостной повестки (Каминченко,

2022: 53–54).

Автоматизированный количественный подсчет слов из текстов фокус-

групповых дискуссий, проведенных вРеспублике Бурятия, спомощью про-

граммного обеспечения Wordclouds показал следующую картину. На во-

прос: «Что прежде всего объединяет граждан России? Вчем наше единство?»

были ранжированы ключевые лексемы. Топ-20 слов из275, часто встречаю-

щихся впорядке убывания, которые рассматриваются вкачестве оснований

иресурсов актуализированной российской идентичности, составляют: «Рос-

сия», «язык», «народ», «СВО», «человек», «буряты», «история», «родина», «па-

триотизм», «единство», «страна», «национальность», «русский», «гражданин»,

«СССР», «культура», «право», «Бурятия», «внук». Как видим, понятие «СССР»

является ядерным для всех поколений Бурятии. Вдискурсивных стратегиях

описания российского единства используются интегрирующие маркеры —

имена собственные: «Путин», «Сталинград», «Москва», «Великая Отечествен-

ная вой на», «Ленинград», «Керчь», «Ленин», «Чайковский», «Афганистан»,

«Чечня», «Пушкин», «Достоевский», «Левитан», «Русь», «Аврора», «Чехов»,

«ВДНХ». Напримере географических названий и,что примечательно, наиме-

нований политических партий иобщественных организаций даются респон-

дентами ответы: «Москва», «Курумкан», «ЛДПР», «КПРФ», составляющие ас-

социативный ряд спонятием «патриот».

Таким образом, полученная картина использования лексем жителями Буря-

тии позволяет выделить артикуляцию базового концепта «Россия» как самого ча-

стотного. Данное понятие является наиболее проговариваемым иядерным, всего

90 упоминаний втрех фокус- группах. Отмечается позитивная или нейтральная

тональность ценностных понятий, таких как «страна», «человек», «родина». Осо-

бенностью речевых стилей жителей Бурятии является присутствие этнорели-

гиозных и локальных маркеров идентичности, что предопределено этнотерри-

ториальной принадлежностью опрошенных. Всимволическом поле участников

Социальные, культурные, исторические исследования ибезопасность 145

фокус- групп «основания гражданской идентичности» акцентированы персона-

лии: русские писатели, композиторы как символы российской культуры. Харак-

терна устойчивая социальная память оВеликой Отечественной вой не, озвучи-

вание городов- героев, Дня Победы как доминант патриотической идентичности.

Наблюдается стабильный ресентимент ивоспроизводство вречи знаков совет-

ской культуры исимволики: «Аврора», «ВДНХ», «15 республик», «Ленин», «союз

нерушимый».

Аудитория, репрезентирующая население региона, неразрывно видит граж-

данство россиян через общероссийскую итерриториальную идентичность: рус-

ский — гражданин — буряты — Бурятия — россияне. Локальную идентичность

отражают категории, характеризующие бурятскую этничность и религиозные

особенности: «буряты», «обоо», «тоонто нютаг», «ехор», «бурятский язык», «Улан-

Удэ», «дацан», «Байкал», «род». Характерно, что вречи участников фокус- групп

РБ отсутствуют маркеры недовольства ислова снегативной коннотацией. Смыс-

ловые доминанты имеют положительный или нейтральный характер. В лекси-

коне участников практически нефигурирует социально- политическая, экономи-

ческая терминология, что подтверждает обыденный уровень речи респондентов.

Для большей статистической достоверности различий требуется лонгитюд-

ное целенаправленное эмпирическое исследование с увеличением объема под-

выборок по межпоколенческому принципу, а также включение социально-

психологических методик.

Заключение

Современное российское общество переживает возрождение ностальги-

ческих чувств поповоду распада Советского Союза. Исследование представ-

лений поколений срегиональной точки зрения предлагает несколько выводов.

Важное событие, произошедшее вконце XXв., продолжает оставаться пред-

метом размышлений среди населения, особенно врегионах, удаленных отфе-

дерального центра иимеющих низкие показатели социально- экономического

развития. Изучение межпоколенческих различий в отношении к распа-

ду Советского Союза позволяет выявить как сходства, так и расхожде-

ния всоциально- культурных ценностях людей старшего исреднего возрас-

та, атакже молодежи. Особенно актуально исследование взаимосвязи между

уровнем жизни групп снизким доходом исоциальной памятью осоветской

системе. Анализ научных публикаций выявил современные тенденции ввос-

приятии исторического наследия Советского Союза различными возрастны-

ми группами. Социологическое измерение различных представлений и об-

разов советского прошлого среди поколений жителей Республики Бурятия

вконтексте поиска геостратегий для будущего России иполитической повест-

ки, подчеркивающей внутреннюю культуру, имеет решающее значение для

понимания ностальгических настроений населения регионов Российской Фе-

дерации иресурсов социокультурной памяти.

Society andSecurity Insights № 4 2025 146

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ

Атаманенко А. А., Костин К. О. «Время России»: исторические образы как источ-

ник политических аналогий вмассовом сознании российской молодежи // Соци-

ум ивласть. 2024. №4. C. 105–115. DOI 10.22394/1996–0522–2024–4–105–115

Багдасарян В. Э. Восприятие СССР висторическом сознании современного рос-

сийского социума: тенденции ресоветизации (по материалам социологических

опросов) // Вестник Московского государственного областного университета.

Серия: История и политические науки. 2022. № 1. С.7–19. DOI: 10.18384/2310–

676X-2022–1–7–19

Балакина И. А., Ульянова О. Б., Хабибуллина С. Б. Репрезентация образа России

вофрагменте политического дискурса // Политическая лингвистика. 2023. №1.

С.35–41. DOI: 10.26170/1999–2629_2023_01_04

Бойм С. Общие места: мифология повседневной жизни. М.: НЛО, 2022.

Великая Н. М., Зайцева А. А., Ирсетская Е. А. Репрезентация образа будущего

России впечатных СМИ вконтексте консолидации российского общества // Со-

циологическая наука исоциальная практика. 2023. Т.11, №4. С.8–29. DOI 10.19181/

snsp.2023.11.4.1

Вишневский Ю. Р., Дулина Н. В., Засыпкин В. П., Пронина Е. И., Широкалова Г. С.

Культурное наследие: от«дедов» к«отцам» и«внукам». Вестник Сургутского го-

сударственного педагогического университета. 2023. №2. С.18–28. DOI: 10.26105/

SSPU.2023.83.2.002

Воробьева О. В. Городская идентичность иисторическая память: сравнительное

исследование прикладных кейсов малых городов Ленинградской области // Фоль-

клор иантропология города. 2024. Т.6, №1–2. С.96–158. DOI: 10.22394/2658–3895–

2024–6–1–2–96–158

Долгов А. Ю. «Онлайн- память» осоветском прошлом: социальные сети как аль-

тернативные арены споров обСССР // Политическая наука. 2022. №1. С.191–204.

Дубин Б. Жить вРоссии нарубеже столетий. Социологические очерки иразра-

ботки. М.: Прогресс- Традиция, 2007.

Завершинский К. Ф. «Патриотизм элит» как дискурсивное измерение символи-

ческих структур национальной памяти // Власть иэлиты. 2020. Т.7, №2. С.77–96.

Казаринова Д. Б., Дунамалян Н. А. Траектории развития постсоветских идентич-

ностей: подходы, модели, тенденции // Политическая наука. 2022. №1. С.52–79.

DOI: http://www.doi.org/10.31249/poln/2022.01.02.

Каминченко Д. И. Сетевая повестка дня: актуальные новостные темы вИнтернет-

СМИ исовременных социальных медиа // Информационное общество. 2022. №1.

С.50–60.

Линченко А. А., Головашина О. В. Тридцать лет спустя: распад СССР втелевизи-

онной журналистике и интернет- пространстве современной России // Вестник

Московского университета. Серия 12. Политические науки. 2022. №6. С.56–78.

Социальные, культурные, исторические исследования ибезопасность 147

Лубяной М. С., Самсонов А. И., Фоменков А. А. «Пепел СССР стучит в наши

сердца?»: оботношении жителей Нижегородской области кСССР // Казанский

социально- гуманитарный вестник. 2022. №6. С.62–68.

Мегем М. Е., Манкевич Д. В. Отечественная и региональная история в зерка-

ле культурной памяти калининградцев: поколенческие различия // Tempus

et Memoria. 2023. Т.4, №1. С.32–45.

Образ будущего российского государства всознании современной молодежи: по-

литическая теория ипрактика : коллективная монография / под ред. О. Ю. Шме-

левой. Нижний Новгород, 2024. 193 с.

Соловьев С. М. Символическая ресоветизация инизовой патриотизм // Россия

вглобальной политике. 2022. Т.20, №5. С.121–135.

Суслов И. В., Тихонова С. В., Балаш В. А. Конструирование образа СССР втради-

ционных печатных медиа (напримере «Аргументов ифактов»): опыт статисти-

ческого икачественного анализа коммуникационных стратегий // Медиалингви-

стика. 2024. Т.11, №2. С.224–236.

Тупаев А. В. Образ 90-х гг. впредставлениях различных поколений: поматериа-

лам социологического исследования // Государственное имуниципальное управ-

ление. Ученые записки. 2025. №1. С.211–218. DOI:10.22394/2079–1690–2025–1–1–

211–218

Ядова М. А. «Непопрошлому ностальгия, ностальгия понастоящему»: постсо-

ветская молодежь ораспаде СССР // Контуры глобальных трансформаций: поли-

тика, экономика, право. 2021. Т.14, №5. С.231–246.

REFERENCES

Atamanenko, A. A., & Kostin K. O. (2024). «e Time of Russia»: Historical images as

asource of political analogies in the mass consciousness of Russian youth. Society and

Power, 4, 105–115 (InRuss.). DOI 10.22394/1996–0522–2024–4–105–115

Bagdasaryan, V. E. (2022). Perception of the USSR in the historical consciousness of

modern Russian society: trends of re- Sovietization (based on the materials of sociologi-

cal surveys). Bulletin of the Moscow State Regional University. Series: History and Politi-

cal Sciences, 1, 7–19 (InRuss.). DOI: 10.18384/2310–676X-2022–1–7–19

Balakina, I. A., Ulyanova, O. B., & Khabibullina, S. B. (2023). Representation of the im-

age of Russia in afragment of political discourse. Political Linguistics, 1, 35–41 (InRuss.).

DOI: 10.26170/1999–2629_2023_01_04

Boym, S. (2022). Common places: the mythology of everyday life: e Mythology of every-

day life. Moscow: NLО (InRuss.).

Velikaya, N. M., Zaitseva, A. A., & Irsetskaya, E. A. (2023). Representation of the im-

age of the future of Russia in print media in the context of consolidation of Russian

society. Sociological Science and social practice, 11(4), 8–29 (In Russ.). DOI 10.19181/

snsp.2023.11.4.1.

Vishnevsky, Yu. R., Dulina, N. V., Zasypkin, V. P., Pronina, E. I., & Shirokalova, G. S.

(2023). Cultural heritage: from «grandfathers» to «fathers» and «grandchildren». Bul-

Society andSecurity Insights № 4 2025 148

letin of the Surgut State Pedagogical University, 2, 18–28 (In Russ.). DOI: 10.26105/

SSPU.2023.83.2.002

Vorobyeva, O. V. (2024). Urban identity and historical memory: acomparative study of

applied cases of small towns in the Leningrad region. Folklore and Anthropology of the

city, 6(1–2), 96–158 (InRuss.). DOI: 10.22394/2658–3895–2024–6–1–2–96–158

Dolgov, A. Yu. (2022). «Online memory» about the Soviet past: social networks as al-

ternative arenas of debate about the USSR. Political Science, 2022, 1, 191–204 (InRuss.).

Dubin, B. (2007). Living in Russia at the turn of the century. Sociological essays and devel-

opments. Moscow: Progress- Tradition. (InRuss.).

Zavershinsky, K. F. (2020). «Patriotism of the elites» as adiscursive dimension of sym-

bolic structures of national memory. Power and elites, 2020, 7(2), 77–96 (InRuss.).

Kazarinova, D. B., & Dunamalyan, N. A. (2022). Trajectories of development of post-

Soviet identities: approaches, models, trends. Political Science, 1, 52–79 (InRuss.). DOI:

http://www.doi.org/10.31249/poln/2022.01.02

Kaminchenko, D. I. (2022). Network agenda: current news topics in online media and

modern social media. Information Society, 2022, 1, 50–60 (InRuss.).

Linchenko, A. A., & Golovashina, O. V. (2022). irty years later: the Collapse of the

USSR in television journalism and the Internet space of modern Russia. Bulletin of the

Moscow University. Episode 12. Political sciences, 6, 56–78 (InRuss.).

Lubyanoy, M. S., Samsonov, A. I., & Fomenkov, A. A. (2022). «Are the ashes of the USSR

knocking on our hearts?»: on the attitude of residents of the Nizhny Novgorod region to

the USSR. Kazan Socio- Humanitarian Bulletin. 2022, 6, 62–68 (InRuss.).

Megem, M. E., & Mankevich, D. V. (2023). National and regional history in the mirror of

the cultural memory of Kaliningrad residents: generational dierences. Tempus et Me-

moria, 4(1), 32–45 (InRuss.).

Shmeleva, O. Yu. (ed.) (2024). e image of the future Russian state in the minds of mod-

ern youth: political theory and practice: coll. monogr. Nizhny Novgorod (InRuss.).

Solovyov, S. M. (2022). Symbolic re- Sovietization and grassroots patriotism. Russia in

global politic, 20(5), 121–135 (InRuss.).

Suslov, I. V., Tikhonova, S. V., & Balash, V. A. (2024). Constructing the image of the

USSR in traditional print media (using the example of «Arguments and Facts»): the ex-

perience of statistical and qualitative analysis of communication strategies. Media Lin-

guistics, 11(2), 224–236 (InRuss.).

Tupaev, A. V. (2025). e image of the 90s in the representations of dierent generations:

based on the materials of asociological study. State and municipal administration. Scien-

tic notes, 1, 211–218 (InRuss.). DOI:10.22394/2079–1690–2025–1–1–211–218

Yadova, M. A. (2021). «Nostalgia not for the past, nostalgia for the present»: post- Soviet

youth on the collapse of the USSR. Contours of global transformations: politics, econom-

ics, law. 14(5), 231–246 (InRuss.).

Социальные, культурные, исторические исследования ибезопасность 149

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ / INFORMATION ABOUT THE AUTHOR

Ирина Николаевна Дашибалова — канд. филос. наук, старший научный со-

трудник отдела истории, этнологии и социологии Института монголоведения,

буддологии итибетологии СО РАН, г.Улан- Удэ, Россия.

Irina N. Dashibalova — Cand. Sci. (Philosophy), Senior Researcher at the

Department of History, Ethnology and Sociology of the Institute of Mongolian Studies,

Buddhology and Tibetology of the Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences,

Ulan–Ude, Russia.

Статья поступила вредакцию 16.10.2025;

одобрена после рецензирования 25.11.2025;

принята кпубликации 25.11.2025.

The article was submitted 16.10.2025;

approved after reviewing 25.11.2025;

accepted for publication 25.11.2025.