Перепись населения 1926 г. и несостоятельность тезиса о местах компактного проживания белорусов в регионах российско-белорусского приграничья в 1920–1930-е годы

Основное содержание статьи

О.В. Кобец Email: cobets.olga@yandex.ru

Аннотация

В самом начале 1920-х годов решениями X (1921 г.) и XII (1923 г.) съездов Российской коммунистической партии (большевиков) была выработана советская национальная политика, получившая общее название — коренизация. Главным ее отличием от проводившейся ранее царским правительством русификаторской политики являлась всемерная поддержка национальных меньшинств, составлявших почти половину всего населения России (65 из 140 миллионов).


К категории национальных меньшинств в регионах РСФСР относились и два славянских народа — украинцы и белорусы. Они уже имели свою государственность в формате союзных советских республик: УССР и БССР. И в них активно проводилась политика украинизации и белорусизации. Проживавшие же в российских регионах украинцы и белорусы, но теперь уже не как титульные нации, а как национальные меньшинства, хотя и самые многочисленные, подпадали под задачи политики коре-низации. В соответствии с установками Москвы местным российским властям предписывалось в первую очередь переводить процесс обучения в школах на украинский или белорусский язык, а также создавать национальные сельские советы, переводя делопроизводство в них на национальные языки.


Однако одновременно с указанными задачами в партийно-государственных решениях по коренизации был заложен и сдерживающий, а зачастую и просто тормозящий, фактор ее реализации: требование компактности проживания национальных меньшинств.


Настоящее исследование со всей очевидностью показывает, что при общей малочисленности белорусского населения в российско-белорусском приграничье (Псковская, Смоленская и Брянская губернии) волостей с относительно компактным проживанием белорусов были единицы. Белорусское сельское население в целом, а именно таковым оно в основном и являлось, вело схожий с соседними русскими крестьянскими хозяйствами образ жизни, живя вперемешку, используя в быту русский язык.


Документальным свидетельством почти полного отсутствия в российско-белорусском приграничье мест с компактным проживанием белорусского населения стала Всесоюзная перепись населения 1926 г. Местным властям в угоду требованиям Москвы зачастую приходилось «искать» белорусов, компактно проживавших в подведомственных им волостях. Что одновременно ставило в повестку дня вопрос о целесообразности и необходимости самой белорусизации для «российских белорусов».

Скачивания

Данные скачивания пока недоступны.

Детали статьи

Как цитировать
Кобец, О. (2026). Перепись населения 1926 г. и несостоятельность тезиса о местах компактного проживания белорусов в регионах российско-белорусского приграничья в 1920–1930-е годы. НАРОДЫ И РЕЛИГИИ ЕВРАЗИИ, 31(3), 91-107. https://doi.org/10.14258/nreur(2026)3–06
Раздел
ЭТНОЛОГИЯ И НАЦИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА
Биография автора

О.В. Кобец, Филиал автономной некоммерческой организации высшего образования «Институт деловой карьеры» в Смоленской области; Научно-образовательный центр Смоленского государственного университета «Россия и Беларусь: история и культура в прошлом и настоящем»

кандидат исторических наук, доцент, доцент кафедры гуманитарных наук Смоленского филиала АНО ВО «Институт деловой карьеры»; научный сотрудник НОЦ Смоленского государственного университета «Россия и Беларусь: история и культура в прошлом и настоящем»

Литература

Брянский рабочий. 1928. 5 сентября.

Воробьев Н. Я. Всесоюзная перепись населения 1926 года. 2-е изд. Москва: Госстат-издат, 1957. 107 с.

Всесоюзная перепись населения 17 декабря 1926 г.: краткие сводки. Вып. 4: Народность и родной язык населения СССР. М.: Издание ЦСУ СССР. 1928а. XXI. 138 с.

Всесоюзная перепись населения 1926 года. Том II. Западный район; Центральнопромышленный район. Народность, Родной язык. Возраст. Грамотность. Москва: Издание ЦСУ Союза СССР. 1928б. 464 с.

Всесоюзная перепись населения 1926 года. Том IX. Российская Федеративная Советская Республика. Народность. Родной язык. Возраст. Грамотность. Москва: Издание ЦСУ Союза ССР, 1929. 228 с.

Государственный архив Брянской области (ГАБО). Ф. 84. Оп. 1. Д. 1126 (ч. 1).

Государственный архив новейшей истории Псковской области (ГАНИПО). Ф. 1. Оп. 1. Д. 425.

Государственный архив новейшей истории Псковской области (ГАНИПО). Ф. 5712. Оп. 4. Д. 226.

Государственный архив Псковской области (ГАПО). Ф. Р-324. Оп. 1. Д. 88.

Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. А-296. Оп. 1. Д. 30.

Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. Р-1235. Оп. 120. Д. 52.

Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. Р-1235. Оп. 121. Д. 2.

Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. Р-1235. Оп. 123. Д. 66.

Государственный архив Смоленской области (ГАСО). Ф. Р-2350. Оп. 1. Д. 1149.

Десятый съезд РКП(б). Март 1921 года. Стенографический отчет. М.: Государственное издательство политической литературы. 1963. 915 с.

Двенадцатый съезд РКП(б). 17–25 апреля 1923 года. Стенографический отчет. Москва, Издательство политической литературы, 1968. 903 с.

Карский Е. Ф. Белоруссы. Т 1: Введение в изучение языка и народной словесности. Варшава, 1903. 466 с.

Рабочий путь. 1927. 19 августа.

Сельскохозяйственная статистика Смоленской губернии / сост. Яковом Соловьевым, нач. б. Смолен. отряда уравнения гос. крестьян в денеж. сборах, на основании сведений, собр. этим отрядом. М.: иждивением Учен. ком. М-ва гос. имуществ, 1855. 486 с. (Цит. по изданию: Сельскохозяйственная статистика Смоленской губернии. Смоленск: Универсум, 2011. 504 с).

Центр документации новейшей истории Брянской области (ЦДНИБО). Ф. 1. Оп. 1. Д. 1203.

Центр документации новейшей истории Брянской области (ЦДНИБО). Ф. 1. Оп. 1. Д. 1390.

Центр документации новейшей истории Брянской области (ЦДНИБО). Ф. 12. Оп. 1. Д. 134.